Приснился Артем Лоскутов. Что выпустили его из-под стражи. Мы ехали в одном трамвае. А потом к нам подошли пара почему-то молодых сотрудников центра Э. Буквально ровесники. И мы все долго говорили на тему идеологии, молодежи, морали и прочего. В итоге мы с Лоскутовым их убедили в своей правоте.

Ночь была в споре бессознательного и сознательного. Рождались отрывки фраз, кровь лилась носом на подушку, сигареты, несколько периодов сна. Снилось, что все будет хорошо и что все будет плохо. И безвыходные положения. Сумятица, смятение. Охлопки сознания. 53 удара сердца в минуту. Со мной что-то происходит.

Гуляю по крыше, рассказываю всем о руфинге. Снег по колено. Проваливаюсь не то вниз, не то вверх. Падаю на светлую теплую улицу. Люди удивляются мне. Подходят двое, представляются служителями порядка, уводят в камеру. Говорят мне, что я виновен в том, что проник на секретную территорию. Мне не страшно, но я не понимаю, чем мне это грозит.

Спустя время осознаю: обратно дороги нет. Я больше не руфер и жить мне придется здесь. Меня не понимают. Я здесь как внесистемный элемент, пришедший, чтоб разрушить систему. Вначале я просто спорю и пытаюсь отвечать на шутки и позор, который учиняют мне здесь. Нет ни друга, ни приятеля. Все против меня. Потом с гордостью для себя обнаруживаю, что я тот самый луч света в темном царстве, что я смогу показать людям другой мир.

Но как же мне становится больно, когда в разговоре с каким-то человеком я называю фильм «Пролетая над гнездом кукушки…», и сравнивая себя с главным героем, который показал обывателям новую жизнь, понимаю, что система в итоге съела его. А значит, мой гордый полет стрижа увенчается провалом. Ведь стриж не умеет ходить по земле. Он на ней умирает.

Мне редко снятся запоминающиеся сны. А тут сразу два за ночь…

Она сидит напротив. Сумасшедшинка в глазах. В уме я танцую с ней. На деле просто держу ее за руку и смотрю в глаза. Глаза что океаны нефти. Подожжешь – не потушишь их. Я знаю, как ее зовут. Я знаю, что она далеко сейчас. Но вот почему-то она рядом…

Отец. Приходит и говорит мне что-то насчет моей работы. Повышает тон. Я говорю ему, что я уже независимый и не надо меня учить жить. Он злится. Он говорит, что против моего выбора. Метаморфоза. Она седеет, у нее вылезает половина волос, взгляд тускнеет, разочарование… я злюсь на отца.

И вдруг мощный удар в висок. Я ощущаю всю боль и чувствую, что падаю в обморок. Но справляюсь. Маты. Бью отца. Он снова отвечает мне. Драка. Крови нет. Но боль настоящая. Хаос. Не иначе. Люди забыли, что жизнь – это единственное, что есть у того, кто читает эти строки.

ЗЫ: в четверг или пятницу отключаю мобильный и уезжаю с Николаем Моховым за город. Дня на три. Пофигу на все. Пишем роман. Я готов. Он режет меня изнутри.

Снится сон. Проходит презентация какого-то бизнес-центра в центре города. На открытии губернатор, депутаты Госдумы. Здание почему-то чуть ли не разрушенное /гротеск, мать его!/. Каждый из приглашенных гостей по очереди выходит на импровизированную сцену с пафосной речью. Чуть поодаль маляр красит стену бизнес-центра. Ржавый металл белеет.

Постепенно маляр смещается в сторону спикеров и те, оказавшись таким образом преградой между стеной и распылителем, становятся мишенями для краски. Удивительно, что ораторы продолжают выходить и вставать под струю. Цвета меняются и пиджаки желтеют, краснеют, синеют, белеют. При этом кто-то жутко матерится, кто-то получает удовольствие. Но выходят согласно регламенту… =)

Вот она: диктатура процедуры!

Как толковать такой сон? Тебе снилось что-нибудь подобное?