Даже такая маленькая машинка, как моя, может вместить два пылающих тела. Подсветка фарами встречных машин. Стоим на обочине, и окна медленно запотевают. Люди все меньше видят, все больше слепы. А потом снова на газа педаль. Хорошо, что это не сон. И это называется: почувствуй себя гонщиком, жми!

Не жмись.

И только не говорите, что трип-хоп не самая сексуальная музыка! Само-то для медленных оргий. Поклонникам танго пост не читать.

Мужчины занимаются сексом в двух случаях: стереотипы или эмоции. То есть по любви, по страсти, или когда хотят опробовать на вкус стереотип.



Рассмотрим второй вариант. Учительница, медсестра – это популярно. Девушка друга, мама соседа – уже личностно. Девушка секс-символа факультета, девчонка, что бросила тебя однажды – тоже хорошо. Лесбиянка, косоглазая немая шлюха, девушка_у_которой_нет_дома - почему бы и нет? И так далее. Все зависит от культурного уровня, толерантности и открытости мужчины. Вот на чем, мне кажется, зиждется так называемый мачо. Сугубо на собственных стереотипах.

Многие девушки любят тянуть с сексом. Типа, доступ к телу за особые заслуги. Мужчина же в этом деле буквально пострел. Ему бы побыстрее заполучить желанное. И, порой, не дожидаясь он уходит. Конечно, «если любит, то потерпит». Н что это за любовь без секса? Ведь это высший уровень интимности – обмен сексуальной энергией.

Мужчина не выдерживает долгого ящика в этом вопросе. И в итоге уходит. Я объясняю это тем, что писька мужика живет отдельно от него. По большому счету он за нее не в ответе. Головой понимает, что нужно подождать. Но писька тянется в сторону, если долго не может получить своего. Тем более, если рядом соблазн.

Первый секс у меня случился в 13 лет. В сауне подвала Радиотехникума: сейчас это клуб Олимпия. Меня тогда одноклассник Андрей Деринг спровоцировал: мол, снимем проститутку.




Я конечно, ему не поверил. Фигли, пацаны еще. Какой секс? Какой «снимем»? Был март, помнится. Чуть ли не день рождения отца. Я поехал в своей белой ветровке и гондонке. Типичный гопник тогда был. Не верил в проституток до самого момента, когда ему позвонил сутенер, сказав, что привез. Тут я и заволновался. Наташе было 26. Ровно в два раза меня старше. Брюнетка с шиньоном. Я тогда первый раз, наверное, вблизи увидел ненастоящие волосы. У Андрея была и того старше. Помню, как она сказала: «Представляю, приезжаю на вызов, а там мой сын!».

Они долго выпытывали наш возраст. Мы же по легенде справляли мое совершеннолетие – два прыщавых подростка, напитые пивом и раздухаренные горячим паром. Помню, в парилке был термометр в виде медведя, эрегированный член которого указывал на температуру. А еще помню, что у меня на обоих кроссовках от волнения шнурки в узел завязались, когда мы с улицы заходили, приняв товар.

Первый раз, конечно, неудачный. Но девственности я лишился. Наташа поняла, что у меня впервые. И очень заботилась. И спрашивала потом, что и как. Я же гордости за сей случай не испытывал и не испытываю сейчас. Все-таки интимность – это тайна. Может, поэтому я и рассказываю сейчас все это. Потому что тайны не было. Больше опыта с проституками не было. И не будет.

В декабре 1953 года вышел первый номер Playboy. Эту замечательную иллюстрацию комментировала веселенькая подпись (на фото внизу): «Jenny’s – what’s the past tense of «virgin»?». Вполне себе лозунг поколения. И мне нравится.


К чему это я, собственно? Да, собственно вспомнил мое разочарование от первого просмотренного в жизни Playboy. Было лето – и у кого-то из соседей родители привезли подшивку год за 2000, чтоб печку топить. Но, видимо, на тот момент мои сексуальные фантазии были куда сочнее тех неправдоподобных пергидрольных красапеток. И я разочарован. Все-таки произнося мантру «Playboy», мы предполагали какое-то табу, родительский запрет.